Здравствуйте, я Ксения Перетрухина, и я хочу сделать одно заявление. Оно не претендует на новизну, но, тем не менее, представляется мне предельно актуальным. Сейчас перед вами на экране не я. Девушку, которую вы видите, зовут Ирина Пасадская, и она любезно согласилась озвучить мои слова.

Я невысокая, полноватая, к тому же у меня сейчас довольно сложный период в жизни и у меня усталый вид. Может быть зря, но у меня есть опасение, что я могу вам не понравиться, и тогда вы не станете слушать меня, а мне бы этого не хотелось. Сама, я бы говорила по-русски, поскольку английский я знаю плохо. Но раз уж я делегирую свое обращение, то решила перевести его на английский. Проблема, о которой я хочу говорить, носит, как мне кажется, всеобщий, скажем, глобальный характер. К тому же английский язык вызывает большее уважение, чем русский. В том, что я говорю, есть доля иронии, но не очень большая.

В последнее время меня больше всего занимает вопрос - насколько мои мысли и желания принадлежат мне самой? Казалось бы, это мои собственные мысли, но почему-то они постоянно оказываются однояйцовыми близнецами мыслей моих  знакомых. И что еще страннее - незнакомых тоже. Получается, что большинство того, что я думаю и чувствую - кем-то сгенерированные модели.

Наверно, вы уже догадались, что собственные мысли человека и желания представляются мне ценностью, а все прочее - бесполезным и вредным хламом. Очевидно и то, что от хлама надо избавляться. И об этом еще Маркузе писал в одной из своих знаменитых книг. А в другой своей знаменитой книге, более поздней, он писал, что понятия не имеет, как это сделать. Развел руками и сказал, что не видит выхода. Тупик. Я вижу смысл в локализации. Деятельность в масштабе одного человека. Охват пространства на расстоянии вытянутой руки.

Я не единственный художник, который исповедует этот принцип. Например, мне очень понравился бельгийский павильон на Венецианской биеннале 2009 года. Отличное предложение Джефа Гейса (Jef Geys) выбрать для себя квадрат земли в городе, хорошенько его изучить и обжить. Так вот, в этом выступлении я хочу сделать выпад в сторону всеобщего похудения. Моральное право вести этот разговор мне дает хотя бы такой маленький факт. У меня в шкафу лежат джинсы на два размера меньше, чем я ношу. Они мне очень понравились, к тому же продавались с большой скидкой. И я купила их, чтобы надеть, когда похудею. Желание быть похожими на Барби и Твигги сделало несчастными большинство женщин, не говоря уже об анорексии и прочих печальных последствиях стремления обрести идеальное тело.

Все мои подруги находятся в постоянном желании похудеть, говорят только о диетах. Они говорят об этом с загадочным видом – я собираюсь похудеть. Они тоже покупают одежду на два размера меньше, чем носят и кладут в шкаф, чтобы надеть, когда похудеют.  Когда мы учились во ВГИКе и обедали в столовой, одна моя согруппница срывалась с места и бежала в туалет. Там она 100 раз приседала, чтобы сжечь калории. Однажды ей приснилось, что съеденная конфета проступила у нее на ляжке в виде выпуклости в форме конфеты. Желание похудеть подменяет все остальные желания. Одна моя знакомая, пожалуй, единственная полная из всех окружающих меня «худеющих», мечтает о липосакции. Ей кажется, что если бы она была худая, то вся ее жизнь сложилась бы иначе. Ей кажется, что худые зря тратят время, вот она бы действительно смогла распорядиться худобой.

Желание похудеть делает женщин недовольными собой. Вся жизнь сводится к мечте о виртуальном образе. Свое реальное тело женщины считают ненастоящим, неправильным. «На самом деле, я не такая», говорит мне моя родственница. Кто-то не ест после шести. Кто-то хвалит безуглеводную диету - она очень легкая. В настоящем не остается ничего, кроме разговоров о калориях. «В этих пряниках совсем нет жира», сообщает мне подруга, с которой мы не виделись пару лет. «В них только углеводы, а без углеводов нельзя - они дают радость телу», поучает меня она. 

Бедные женщины втянуты в адский круг. Они просыпаются с мыслью о похудении, съедают вожделенную котлету или кусок торта, презирают себя за это, клянутся себе больше так не делать и снова съедают. И каждый вечер принимают решение начать худеть с завтрашнего дня.  Молитва худеющей звучит примерно так: «Я похудею, и все удивятся, как это мне удалось. Я стану очень худая, и буду нравиться мужчинам. Мужчины любят худых. Когда я похудею, у меня всегда будет хорошо, ведь я же буду худая».

Действительно, большинство мужчин, которых я знаю, говорят, что им нравятся худые женщины. Судя по всему, это тоже не вполне их собственный выбор. Деление человечества на толстых и худых порождает шовинизм и взаимную агрессию. Матери недовольны толстыми детьми. Мужья заставляют худеть жен и унижают их упреками в полноте. Похудение связывают с таким понятием как успешность. Худым отдают предпочтение перед толстыми при приеме на работу.

Считается, что полнота вредит здоровью. Но девушка ростом 160 см может весить и 50 и 60 кг безо всякого вреда для своего здоровья. Только во втором случае она будет истязать себя попытками избавиться от лишнего веса. А ты не хочешь похудеть, осторожно спрашивает меня подруга? Не хочу. И предлагаю вам – давайте не будем худеть. Не будем говорить о калориях. Перестанем измерять себя в килограммах и посвящать жизнь сжиганию жиров. Со своей стороны, я обещаю любить вас и проявлять к вам интерес вне зависимости от вашего веса.

Ксения Перетрухина