Следует справедливо заметить, что бабушка я не одна. Есть еще и мама мужа. Она, конечно спокойнее относится к внучке. Бабушка-Люся сразу заявила, что «привыкать» к ребенку не собирается, но мало ли что мы говорим. Я же вижу, как светятся ее глаза, когда она находится рядом с Марфушей.

Вообще меня очень устраивают хорошие отношения дочери со свекровью. Маша ей доверяет. Доверие и открытость, сдержанность в эмоциях, уважение, отсутствие превосходства и поучительности – это залог нормальных отношений снохи и свекрови. Роль тещи – уважительное невмешательство. Любовь – это великое чудо. К ребенку, друг к другу, к окружающим. В условиях обрушившегося на нас кризиса только любовь и уважение спасут нас. Еще размеренность и спокойствие. А можно ли остаться спокойным, если видишь, как твое родное маленькое существо уже сталкивается с равнодушием и нашими «непробиваемыми» отечественными традициями. Мы, кажется, уже не успеваем с «поступлением» в детский сад. Смешно? Грустно! Очередь  - три года. Это хорошо, если подойдет. Документы собрали: копии справок и справки готовы. Прием в детских садах по вопросам очередности по понедельникам.

А по вторникам принимают малышек до года в поликлинике.

Мы быстро растем в длину. Оно, конечно, есть в кого: папа высокий. Но нам кажется, что как-то ребенок еще не встает на ножки, прививки висят над нами «домокловым мечом», и нас отправляют к невропатологу.

Это наша вторая встреча с данным специалистом. Во время первой мы не понравились друг другу. Я, возможно, излишне волновалась по поводу ее слишком вольного обращения с ребенком, на что доктор сказала, что у нее таких деток тысячи. Я же ей открыла «секрет»: у нее тысячи, а у меня только одна. Разговаривали мы в отсутствие дочери, которая пробивала дополнительный талон, что также раздражало специалистку. Ко второму приему невропатолог ввела новшество: бабушки – ни ногой. У кабинета сидела «выставленная» довольно бойкая бабушка. Переступаем порог.

- Талончик?
- Есть!
- Бабушка вышла!

Я очень извиняюсь и прошу поприсутствовать, на что слышу потрясающее возражение: «Мне здесь свидетели не нужны!» Интересно, что можно делать такого с малышом, чему свидетели не нужны. Я остаюсь! Результат приема – бесплатное (что было несколько раз подчеркнуто) направление на УЗИ головного мозга, т. к. у нас большой родничок. Это тоже потрясает: в месяц Маше запретили есть творог, сыр и все содержащее кальций, так как родничок был слишком мал. Удивительная штука, этот наш родничок: «меняет свой размер как хочет».

Бесплатная очередь на УЗИ в Диагностике большая, поэтому мы приняли решение «тихонько пропустить» время прививки до результатов УЗИ. (Они, кстати окажутся замечательными).

Это все моменты внешние, а лично нас Марфуша только радует. Она как малышок с картинки детского мыла. В три месяца она заговорила. «Гукала, агукала», произносила какие-то интересные звуки. А как она улыбается! Особенно, когда видит меня! Улыбается она и губами, и глазами, и всем, чем только можно. Не зря ее мне вручили в роддоме прямо в руки! Какое бы у меня ни было настроение, как бы я себя ни чувствовала, при виде внучки в душе у меня только радость! Надо отдать должное, что Внучка оказалась разговорчивой. С момента «агуканья» ее «выражения» менялись, походили на разные слова типа «ба-ба-ба-ба…» и т.п., но периода молчанья мы больше не наблюдали.

Марфуша начала сама переворачиваться на животик. Правда поначалу ей мешала это сделать рука. Девочка застревала в положение «не до конца», злилась, выступала, а когда ей чуть-чуть помогали – устраивалась на животике и балдела. В то же время она притягивала к себе все, что находилось в поле ее зрения. Движения были несколько хаотичны, но что-то получалось.

Недавно она  с усердием «ловила» на пододеяльнике  яркого мишку. Рисунок не поддавался, но терпение и настойчивость у малышки не иссякали. Она надувала губки, пыхтела, слюни капали от удовольствия (или от неумения их глотать). Малышка махала руками и ногами, пыхтела, как маленький паровозик.

Мы перешли на NAN. Грудное молоко Марфа получает теперь только ночью. Мне жаль, но что поделаешь. Стали давать соки. Из ползунков мы быстро вырастаем. Кстати ползунки, кофточки и т.п. берем на глазок или меряем сантиметром, так как размеры на ценниках не совпадают чаще всего. Вяжу шапочки, ползунки, комбенизончики. Надо сказать, что вязаные вещи привлекают внимание и нравятся окружающим больше, нежели дорогостоящие импортные.

На днях у моего мужа был юбилей. Справляли дома. Гостей было много, но все близкие родственники и друзья. Марфуша пришла очень нарядная, и мы боялись так называемого «сглаза». Гости, видимо, тоже боялись, поэтому никто особо не восторгался. Марфа была со всеми приветлива, улыбалась, играла, показывала себя со всех сторон, никого не боялась, пока не свалилась и не уснула. Все обошлось хорошо. Никто никого не сглазил.

Мы начали делать укрепляющий массаж. Сначала переносила нормально, потом разонравилось. Каждый раз процедура заканчивается криком возмущения, затем сном. Массаж действительно укрепляет. Марфу теперь нельзя оставить на диване даже на короткий срок: она переворачивается на живот, зацепляется за все подряд, подтягивается и довольно скоро передвигается с одного места на другое.

У нас встал вопрос о крещении ребенка. Как, где, когда?  Период, когда еще не зима, и отопление в городе не подключено. Я объездила несколько церквей. В одной, которую обычно посещаю, во всю шел ремонт, крестильня была закрыта. В другую я, видимо попала как-то не вовремя. Службы не было. В храме было очень холодно даже в куртке. Купель находилась рядом с дверью, которая на тот момент была открыта. Дернуло же меня поинтересоваться у мужчины в черных одеждах, подогревают ли воду и не холодно ли младенцам во время крещения. Я все о себе узнала: и о слабости веры, и зачем пришла и тому подобное. Я ехала оттуда, плакала и уговаривала себя не обижаться. Заехала в церковь возле Машиного дома и спросила то же самое. Меня успокоили, что все будет замечательно, что перед крещением протапливают помещение и вода в купели не холодная. Я записалась на субботу. Мы готовились так, как нам объяснили. Красивое платье с веночком для правнучки купила моя свекровь заранее. Детишек собралось семеро. Плакал только один, остальные, очевидно, осознавали ответственность момента. Все происходило торжественно и красиво. Не знаю, что было на моем лице, когда батюшка опускал нашу Марфушу в воду, только он мне улыбнулся и сказал: «Не волнуйтесь, у меня свои такие маленькие». А еще, одевая  платьице, добавил: «Ох, и нарядная!» Чем совсем покорил сердце бабушки. Вместе с крестными и гостями мы отправились пить чай с тортом. У всех было чудесное настроение.

Время шло, внучка росла, все ждали, когда она сядет. Советы давали разные. Кто говорил, нужно подсаживать в подушки, кто наоборот: девочку не сажать. Выходило, что сажать нужно аж после того, как ребенок пойдет. Марфуша не стала прислушиваться к советам и села сама в шесть месяцев ровно. День в день. Да так уверенно, что подушки ей оказались не нужны.  Автомобильное кресло для девочки родители уже приобрели. Я его не полюбила, хотя кресло было дорогое, красивое, вроде бы удобное. Девочка ездила в нем с удовольствием, но обычно вскоре засыпала, и ее голова склонялась на бок. Я вздыхала и ворчала, как истинная теща, что рано еще паковать ребенка. Хотя уже присматривала такое же себе в машину.

Маше становилось все тяжелее носить Марфу на руках, и тут моя подруга Люда подарила нам ходунки. Этот «автоагрегат» сыграл в нашей жизни двоякую роль: как положительную (в основном), так и не очень.

Татьяна Симонова,
 г. Самара