… У нас в семье первая разлука – папа на три месяца уехал на Север работать на выборах. И все вдруг стало как раньше – ведь с момента появления Нугзара в нашей семье прошло чуть меньше года. И стало страшно: за себя, за дочку – будет ли вспоминать скучать... Особенно с учетом их «войн» за пространство, за мое внимание и любовь. Но расставание, наоборот, расставило все по своим местам.

4 года 5 месяцев 3 дня — мама Зоя
Почти месяц этим летом она жила на даче с бабушкой, бабой Людой и Лехой. Те смеялись над ее привычкой «почемучкать». А потом у нее появилась привычка спрашивать так: «А почему то-то и то-то? - Потому, говорю. - А если бы было не так, а эдак?». Недавно услышала у Усачева в рассказах про собачку Соню: «А почему сахар сладкий? - Потому что он сахар. - А если бы он был солью?».

4 года 2 месяца — мама Зоя
Почему-то чем Луша взрослее, тем чаще замечаешь, что перестаешь относиться к ее появлению, к существованию как к чуду. Чем самостоятельней она становится, тем чаще начинаешь относиться к ней, нет, даже не как к другим людям, а – хуже. Ведь на других не станешь так «рычать». А ведь должно происходить наоборот. Если сохранить отношение даже к взрослому ребенку как к чуду, то ведь потом так же начнешь и к другим людям относиться.

Наверное, каждая молодая семья в свое время проходит этап отделения от своих родителей — не только в материальном, но и в психологическом смысле. У кого-то это происходит безболезненно. Нам же пришлось побороться за свою самостоятельность — и задуматься, как сделать, чтобы для у наших детей этот этап прошел более мирно.

Да, это было время «освобождения» от бабушки - моей мамы, которая к нашему, наверное, все-таки несчастью еще и врач. Несчастью - потому что у врача забота и любовь выражается в том, чтобы лечить. А для того, чтобы лечить, нужно, чтобы кто-то болел. Конечно, с нашей стороны тоже была «недоработка» - нам нужно было решительно и окончательно взять на себя ответственность за здоровье дочери и при ее болячках не бабушке звонить (которая сразу рассказывала нам, как долго и мучительно будет умирать наш ребенок, если мы сразу же не дадим ей чудодейственного лекарства), а обычному педиатру. Но до этого нужно было дорасти, а росту обычно мешает страх за ребенка...

3 года 10 месяцев 5 дней — мама Зоя
У нас дома появился шкаф. В первый же вечер я потеряла Лушу с папой. Мыла посуду, выхожу потом из кухни – их нигде нет. Только голоса приглушенные доносятся. Открываю дверцы шкафа – они там сидят, в домике. Потом дочь туда же деда Гогу затащила, к которому у нее любовь открылась (как мы, собственно, и ожидали). Мы даже, когда документы мои забирать ездили, оставляли его в качестве няня. А потом, когда я сказала Лушке, что приедут баба Оля и деда Саша, дочь сказала, что хочет к другим деде и бабе.

Иногда, несмотря на отчаянные поиски выхода, понимаешь, что снова попал в тупик. В таких ситуациях очень важно бывает найти человека с другой точкой зрения — со стороны бывает лучше видно. В очередную поездку к моим родителям мы с Нугзаром и Лушей заехали к моей хорошей знакомой, которая по совместительству была возрастным психологом.

Недавно моя мама, глядя на Лушку, выдала: «А что, девочка будет высокая — папа ведь тоже не низкий». А потом рассмеялась — даже она стала воспринимать Нугзара как родного отца Луши, хотя этот факт дался ей совсем не просто. Что уж говорить о всяких встречных-поперечных (мамах из садика и т. п.), которых даже не смущает то обстоятельство, что у такого черного папы такая белокурая дочка. И только когда я перечитываю строки о том, как все было вначале, как тяжело все срасталось, я вспоминаю, что иногда брало отчаяние...

3 года
На вопрос «Сколько тебе лет?» - Луша торжественно оттопыривает три пальца. «А это сколько?» - «Очень много».
«Ты завтра именинницей будешь», - говорю ей накануне. «А паук будет?» - спрашивает с опаской, намекая на плачевную судьбу Мухи-цокотухи. – «Не хочу быть именинницей!».